Если бы ты вдруг рисовал мир, каким бы он был? На моем холсте обязательно был бы вечер. Знаешь, из таких вечеров, когда недавно прошел дождь и в воздухе пряный запах мокрой земли и сосновой хвои. Тяжелый насыщенный закат пылает в кронах и звучание догоревшего дня разливается над водой. И леса вокруг глухие, разбойничьи. Нет наслаждения большего, чем шагать весь день по такому лесу к какому-нибудь маленькому озеру, чтобы попрощаться там с уходящим днем. Хотя подожди, солнце ведь уже за горизонтом. Нужно окунуть кисть в черный, и добавить немного влажного, воспаленного синего, густыми мазками опуская краски на картину. Теперь это ночь. О, ты точно знаешь какая она. Спелая, как растрескавшийся помидор и уютная, как темнота под одеялом. И обязательно нужен костер. Как же без костра, с салом на старой сковородке, с искрами и потрескиванием, будто теплым одеялом падающим на плечи. Это была бы ночь, полная звезд, ярких и колючих, а вдалеке, за краем земли хрипло ухал бы старый филин. Но ведь всякая ночь совершенно невозможна без рассвета. Новые мазки, и на гладком черном зеркале озера появляется Венера. В необыкновенной тишине рождается заново солнце. Все живое вокруг еще спит, и только совы летают вокруг костра бесшумно, как комья белого пуха. Котелок с водой бормочет тихо, будто боится спугнуть появляющийся над водой сизый туман. Нет, не выходит у меня писать картины, один слой вечно накладывается на другой, да и руки привычнее к фотоаппарату. Если бы ты рисовал мир, каким бы он был?