Здравствуйте. Это седьмой эпизод подкаста «Глубинный народ», взгляд на культуру России из провинции. Француз, живущий в польском Гданьске (бывшем немецком Данциге), обратил моё внимание на русское слово «вдохновение». Слово это не исконно русское. Я нашёл «въдъхновение/дъхновение» в большом словаре раннего старославянского языка (смотрите иллюстрацию). Цитата в словаре очень хороша: «доуша же его ввиде к богоу емоу же слоужи с дъхновениемъ и страхомъ.» По мнению академика В. В. Виноградова, «Пушкин признал церковнославянский язык одной из живых стихий русского литературного языка.» https://w.wiki/BkgU Как писал Н. В. Гоголь в статье 1846 года, «[Русский язык] может, живой, как жизнь, обогащаться ежеминутно, почерпая, с одной стороны, высокие слова из языка церковно-библейского, а с другой стороны, выбирая на выбор меткие названья из бесчисленных своих наречий…» https://feb-web.ru/feb/gogol/texts/ps0/ps8/ps8-369-.htm В этом знаменитом стихотворении Пушкина слово «вдохновение» играет важную роль: Я помню чудное мгновенье: Передо мной явилась ты, Какъ мимолетное видѣнье, Какъ генiй чистой красоты. Въ томленьяхъ грусти безнадежной, Въ тревогахъ шумной суеты, Звучалъ мнѣ долго голосъ нѣжный И снились милыя черты. Шли годы. Бурь порывъ мятежный Разсѣялъ прежнiя мечты, И я забылъ твой голосъ нѣжный, Твои небесныя черты. Въ глуши, во мракѣ заточенья, Тянулись тихо дни мои Безъ божества, безъ вдохновенья, Безъ слезъ, безъ жизни, безъ любви. Душѣ настало пробужденье: И вотъ опять явилась ты, Какъ мимолетное видѣнье, Какъ генiй чистой красоты. И сердце бьется въ упоеньѣ И для него воскресли вновь И божество, и вдохновенье, И жизнь, и слезы, и любовь.